September 4th, 2014

куда уходит душа?


— И тогда господь вдохнул в человека бессмертную душу... Душа — величайшее из сокровищ...
Слова проповедника медленно расплывались в полумраке под сводами костела и оттуда падали вниз, на притихших слушателей, гулкие и весомые.

— Появляясь на свет в момент, угодный господу, каждый из нас обретает душу. И это позволяет нам ощущать радости дружбы и любви к ближнему,— продолжал отец Мелани,— наслаждаться, стремиться, испытывать счастье...
Не переставая говорить, отец Мелани то и дело поглядывал в зал. Еще в самом начале службы он заметил, как в храм вошел незнакомец высокого роста, в плаще и цилиндре. Не снимая головного убора, он прошел к задней скамье, но не сел, хотя она была почти свободна, а прислонился к колонне и застыл словно изваяние.



— И когда жизнь покидает наше бренное тело, душа не исчезает — она возносится в царство небесное и предстает перед судом божьим...
Незнакомец раздражал отца Мелани. Он мешал ему сосредоточиться...

— Господи, как трудно жить в этом мире. Что делать? Куда податься? Остается разве что продать душу дьяволу...
Стук в дверь.

— Войдите.
Изможденный пожилой человек, сидевший за грубо сколоченным столом, тяжело приподнялся и, шаркая ногами, направился к выходу.
Дверь отворилась, пропустив в комнату отлично одетого высокого мужчину в плаще и цилиндре. Хозяин удивленно посмотрел на него.

— Кто вы? — спросил он.
— Покупатель.
— Тогда вы ошиблись адресом,— усмехнулся старик.— Здесь, как видите, ничего нет. Разве что моя старая скрипка. Но с нею я не расстанусь до последнего часа...
— Скрипка меня не интересует.
— Что же тогда? Может быть, эта груда лохмотьев, на которой мне приходится спать?
— Нет.
— Других товаров у меня не имеется.
— Душа.
— Что?!
— Душа.
— Чья душа?
— Ваша, естественно. Если не ошибаюсь, вы только что изъявили желание ее продать?
Старик с изумлением уставился на гостя.
— Вы что — дьявол?
— Нет, я робот.
— Робот?—пробормотал старик.— Да, пожалуй, дьявол не стал бы стучаться в дверь...
— Я робот,— повторил пришелец и несколько раз ударил себя кулаком в грудь, вызвав металлический звон.— Вот, попробуйте сами.
И он протянул хозяину свою руку в черной лайковой перчатке.
— Я робот. Меня зовут «Конструктор».
— А если вы робот,— возразил старик,— то зачем вам чужие души?
— Одна душа. Лично для себя.— Конструктор на мгновение задумался, видимо решая, стоит ли вдаваться в объяснения, потом развязно хлопнул хозяина по плечу, отчего тот присел, и сказал: — Я могу многое, почти все. Я способен решить любую систему уравнений, любую задачу.



Я постиг все законы и формулы. Я могу изобретать и совершать великие открытия. Но недавно я узнал, что у вас, у людей, помимо логических рассуждений, бывают еще радости, печали, гнев, горе, любовь... А я ничего этого не испытываю. Следовательно, моя конструкция не вполне совершенна. Чтобы ликвидировать этот пробел, — заключил Конструктор серьезно,— я решил приобрести человеческую душу.
— Но разве это возможно?—удивился хозяин.
— Вполне. Я разработал метод. Мгновенно. Безболезненно. Стопроцентная надежность.
И Конструктор извлек из внутреннего кармана пиджака кожаный шлем, опутанный проводами.

— Вы надеваете шлем, а я,— тут робот расстегнул рубашку и показал маленькое отверстие, расположенное пониже груди,— подключаю к этому гнезду провод от преобразователя, нажимаю кнопку — и через сорок секунд все готово.
— Так,— сказал старик,— значит, нажать кнопку — и моя душа перейдет к вам?
— Без всяких искажений.
— И всего сорок секунд?
— Ни секундой больше.
Старик недоверчиво покачал головой.
— Столько лет жил, мучился, страдал, любил, удивлялся — и всего этого на сорок секунд?
— Вы не учитываете пропускную способность канала,— возразил робот.— Да по такому каналу всю информацию, известную человечеству, можно передать за несколько минут.
— Возможно,— согласился старик.— Но что я буду делать без души?
Конструктор пожал плечами.
— Отлично обойдетесь. Никаких волнений, переживаний. Проживете еще сто лет.
— Но, я не хочу! — вскричал старик.— Лучше один год человеческих переживаний, чем сто лет...
— Не понимаю,— снова пожал плечами Конструктор.— Ведь я предлагаю вам почти бессмертие.
Вместо ответа старик взял скрипку и, проведя по струнам смычком, извлек из них скорбные звуки.
— Разве вы можете понять вот это!— воскликнул он.
— Разумеется,— невозмутимо отвечал Конструктор.— Основной тон — частота тысяча пятьсот тридцать шесть герц. Есть еще обертоны с частотами четыреста тридцать семь, восемьсот семьдесят четыре, две тысячи четыреста шестьдесят...
— Боже!— вскричал старик.— Обертоны!.. И он хочет, чтобы я стал таким же! Нет, нет и еще тысячу раз нет!
— Что — нет?
— Я не согласен на ваше предложение. Попытайте удачи в другом месте... Прощайте...

Спустя несколько минут запоздалые прохожие могли увидеть отлично одетого джентльмена, который медленно шагал по пустынной кривой улочке, о чем-то рассуждая сам с собой.

— Странные существа эти люди...— бормотал Конструктор.— Отказаться от бессмертия... и только для того, чтобы сохранить свои неприятности. Но, может быть, старик просто чудак?
Он остановился перед покосившейся лачугой. Слабо светилось окно. Конструктор прильнул на секунду к потемневшему стеклу, потом вернулся к двери и постучал. Скрипнув ржавыми петлями, дверь отворилась.
— Входите,— сказал женский голос.— Только, прошу вас, тише.
Конструктор прошел в комнату.
— Вы впустили меня в дом, даже не спросив, кто я,— удивился он.
Женщина улыбнулась.
— Я не боюсь. У нас нечего взять.
Она присела к столу и принялась штопать мужской носок.
Конструктор внимательно посмотрел на нее. Женщина была очень некрасива. Робот шагнул к столу и в полутьме наткнулся на табурет.



Тише! — взволнованно заметила женщина.— Не разбудите его.
Конструктор оглянулся и увидел мужчину, вытянувшегося на койке. Даже в мерцающем свете маленькой почерневшей от времени лампочки было видно, что спящий необыкновенно красив.
Конструктор приступил к делу.
— Продать душу?— удивилась женщина.— Как это?
— Я щедро заплачу,— сказал робот.— Вы получите деньги, много денег.
— А как же Генри? Мой муж?..
— Но у вас будет все, чего вы только пожелаете. И ваш муж будет доволен.
— Конечно, деньги нам очень нужны. Генри трудно сейчас приходится. Для него я бы не пожалела... Но только он не согласится. Ни за что не согласится. Я-то знаю.
— Почему?
— Генри говорит, что любит меня потому, что у меня хорошая душа...
— Я заплачу дороже. Подумайте.
— Нет.— Женщина поднялась, и ее голос прозвучал решительно : — Лучше уходите. Прошу вас...

Через несколько дней, часов около десяти, джентльмен в черном нажал кнопку звонка у входа в богатый особняк, один вид которого кричал о преуспеянии его владельца.
Хозяин, лет сорока пяти, типичный бизнесмен, встретил посетителя в просторном кабинете.
— Прошу вас, быстрее,— произнес он энергичным деловым тоном.— Дела...
Слушал он молча, не перебивая. По выражению его лица нельзя было догадаться, как он относится к тому, что говорил Конструктор. Но когда тот закончил, он, не раздумывая, сообщил:
— Согласен...
— Оплата наличными?— осведомился Конструктор.— Или а виде новых научных идей?

— Доллары,— коротко произнес бизнесмен. Конструктор молча вытащил из кармана опутанный проводами шлем с преобразователем. Он ловко надел шлем на
голову хозяина дома, мгновенно подключил провод к гнезду у себя на груди и нажал кнопку на преобразователь.
Но, по мере того, как уходили секунды, лицо Конструктора приобретало все более удивленное выражение. Щелкнул и отключился преобразователь.
— Нет,— сказал Конструктор.
— Чего нет? — не понял хозяин.
— Ничего!— возмущенно произнес Конструктор.— Торгуете товаром, которого у вас нет. Нет души.
— То есть как — нет души? — растерялся бизнесмен. Но Конструктор уже снимал с него шлем.
— Поразительно,— пробормотал он.— Значит, не только роботы, но и люди могут быть без души. А как же то, что говорил священник?
Поздно ночью он добрался до одинокого домика в горах, в котором жил Математик. Переступив порог, Конструктор со звоном упал на колени и простер к Математику руки. Математик оторвался от рукописи и с удивлением посмотрел на коленопреклоненного робота.

— За что такие королевские почести? — осведомился он с улыбкой.
— Я видел — люди именно так обращаются с просьбами к тому, кого они называют своим творцом. Мой творец — вы.
— Ах, вот оно что!—рассмеялся Математик.— И чего же ты хочешь от меня?
— Душу... Дайте мне душу.
— Душу?— переспросил Математик, сразу став серьезным.— Но душу нельзя ни дать, ни взять. Ведь то, что люди называют душой,— это все, что есть в человеке. Все плохое и хорошее. Душу может дать человеку только сама жизнь, общение с другими людьми...
— С людьми?— переспросил Конструктор.— Но я...
И он начал рассказывать Математику о своих поисках.
— Чего же ты еще хочешь?— улыбнулся Математик, когда Конструктор умолк.— Ты на верном пути. Если ты уже научился отличать плохое от хорошего... Одним словом — поздравляю.

И он протянул Конструктору руку. Тот осторожно полгал ее, и губы робота впервые за все время его существования сами собой сложились в улыбку.

душа


я падаю вниз,
И пятнадцать тысяч человек кричат -
Они все молили тебя о твоей мечте...
Я падаю вниз,
Пять тысяч домов горят -
Никто не спасет этот город...

Слишком поздно...
Я уже нашел то, что искал.
Знаешь, это было не здесь,
Нет, это было не здесь…

Я звал тебя по имени,
Но ты так и не услышала, как я пою,
Ты не позволяла мне начать....
И я уползаю,
Потому что ты разбила мое сердце напополам,
Нет, я никогда не забуду тебя...

Слишком поздно...
Я уже нашел то, что искал.
Знаешь, это была не ты,
Нет, это была не ты....
Нееееееет

Исчезаю....
Ты никогда не видела меня насквозь,
Нет, я не мог тебя забыть....
Падаю....
Пять тысяч домов горят,
Никто не спасет этот город....

Слишком поздно...
Я уже нашел то, что искал.
Знаешь, это была не ты,
Нет, это была не ты....
Нееееееет

Падаю....
Но мир стоит вверх дном,
Я лечу прямо на облака…